Можно ли дробление бизнеса признать формальным в целях получения необоснованной налоговой выгоды

04 июля 2017

Вопрос: Можно ли дробление бизнеса признать формальным в целях получения необоснованной налоговой выгоды, если на базе существующей организации создано несколько новых, учредители всех организаций - взаимозависимые лица, деятельность ведется в одном помещении, используется единая база заказчиков и один бренд?

Ответ: Использование организациями общего бренда, одной клиентской базы, осуществление деятельности в одном помещении могут быть расценены налоговыми органами и судами как доказательства, свидетельствующие о деятельности организаций как единого производственного комплекса с одной производственной базой и наличии в действиях налогоплательщика схемы уклонения от уплаты налога.

Однако это не может являться единственным основанием для вменения необоснованной налоговой выгоды, если будут установлены экономическая целесообразность разделения бизнеса и фактическая самостоятельность вновь созданных юридических лиц.

Обоснование: Как следует из п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Однако эти обстоятельства в совокупности с другими обстоятельствами, подтверждающими фиктивность отношений, могут свидетельствовать о получении необоснованной налоговой выгоды.

В большинстве случаев вменяя налогоплательщику необоснованную налоговую выгоду, налоговый орган пытается доказать, что организация лишь искусственно переводила свои доходы на взаимозависимых лиц, а в действительности получала их сама.

Помимо факта взаимозависимости, в качестве оснований для признания необоснованной налоговой выгоды налоговые органы указывают следующие обстоятельства:

- руководство вновь созданных организаций то же, что и руководство прежнего юридического лица;

- совпадают юридический и фактический адреса организаций; у таких организаций есть общие производственные помещения, контрагенты, рабочая сила и т.д.;

- работники организаций совмещали одновременно работу у налогоплательщика и во вновь созданных организациях, выполняли одну и ту же работу, находясь на своем рабочем месте, в рабочее время, установленное трудовым договором;

- организацией реализации, в том числе определением ассортимента, количества и сроков поставок продукции всех предприятий, занималась одна диспетчерская служба;

- ведение бухгалтерского, налогового кадрового учета одними лицами (как штатными работниками одной из организаций, так и привлеченными третьими лицами).

Вместе с тем при рассмотрении споров хозяйствующих субъектов с налоговыми органами одинаковые признаки (в том числе вышепоименованные), исходя из конкретных обстоятельств дела, получают разную оценку в арбитражных судах. В ряде случаев суды приходили к выводу, что дробление бизнеса имело разумную деловую цель и указанные выше обстоятельства не являются основанием для признания налоговой выгоды необоснованной (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 25.07.2014 по делу N А03-7576/2013).

В ряде случаев суды приходили к противоположным выводам. Исходя из фактических обстоятельств дела при наличии у взаимозависимых лиц единой материально-технической базы для осуществления деятельности, а также вышепоименованных косвенных признаков суд пришел к выводу о получении основным обществом необоснованной налоговой выгоды (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.09.2014 N Ф09-5661/14 по делу N А60-32045/2013).

Свою позицию при оценке налогового спора, связанного с дроблением бизнеса, высказал Верховный Суд РФ (Определение Верховного Суда РФ от 23.01.2015 N 304-КГ14-7139 по делу N А75-2075/2013), признав налоговую выгоду при дроблении бизнеса необоснованной.

В качестве доказательств получения необоснованной налоговой выгоды при дроблении бизнеса Верховным Судом РФ были признаны: отсутствие у вновь созданных организаций материально-технической базы для осуществления заявленных видов деятельности (транспортных средств, оборудования); перевод работников из одной организации в другую без изменения названий должностей, должностных обязанностей и заработной платы, адреса места работы, фактически работники остаются в подчинении у тех же лиц, что и у прежнего работодателя; организация является основным источником доходов вновь созданных организаций, при отсутствии и/или при минимальном наличии договорных отношений с другими контрагентами; вновь созданные организации несут расходы только на выплату заработной платы, отсутствуют расходы, свойственные субъектам предпринимательской деятельности, в том числе расходы на оплату аренды офиса, аренды оборудования, коммунальных услуг, электрооборудования и другие расходы в зависимости от специфики деятельности организаций.

Оценив все указанные обстоятельства в совокупности, Верховный Суд РФ пришел к выводу о доказанности формального дробления бизнеса и отсутствии экономической самостоятельности вновь созданных организаций.

Вместе с тем факт взаимозависимости лиц не может расцениваться в качестве основного доказательства получения необоснованной налоговой выгоды при условии, что общество докажет экономическую целесообразность разделения бизнеса и фактическую самостоятельность вновь созданных юридических лиц.

Следует также обратить внимание на Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.06.2016 N Ф01-2305/2016 по делу N А28-13390/2014. Было установлено, что спорные организации были созданы в разное время (создавались по мере небходимости развития бизнеса, специализировались на определенном направлении (апробация новых видов работ, внутренняя отделка помещений, освоение новых рынков), самостоятельно вели учет доходов и расходов, уплачивали налоги, имели собственные производственные и трудовые ресурсы, имели иных заказчиков, помимо основной организации. Суд посчитал, что применяемая компаниями система взаиморасчетов путем зачета встречных однородных требований законна и позволяет участникам оптимизировать расходы, в частности, на оплату услуг банков, при этом реальность сделок между компаниями инспекцией не оспаривалась.

Можно сказать, что в данном случае дробление бизнеса приносило экономический эффект, не связанный с уклонением от уплаты налогов.

Таким образом, осуществление деятельности организаций в одном помещении, использование общих клиентских баз, использование одного бренда при наличии разумных экономических причин для дробления бизнеса не являются безусловными доказательствами того, что реально вся деятельность осуществляется одним юридическим лицом и дробление ее на несколько организаций направлена исключительно на минимизацию налогов.

Евгения Афонина, 
Ведущий юрисконсульт «ТЛС-ПРАВО»