Верховный Суд РФ определил: материальная норма иностранного права из иностранного процессуального закона может применяться в РФ

22 сентября 2017

В связи с тем, что стороны согласовали в качестве применимого право Республики Кипр, суд первой инстанции, разрешая спор о допустимости взыскания процентов, начисленных по правилам статьи 33 Закона о судах справедливости, должен был в применяемой к отношениям сторон части установить содержание норм права данного государства в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной (п. 1 ст. 14 АПК РФ, п. 1 ст. 1191 ГК РФ).

Вместо этого суды формально констатировали, что норма, на которую ссылается Банк Кипра, находится в законе, регулирующем вопросы судоустройства и процессуального права, в связи с чем носит процессуальную природу, а поэтому не может быть применена в деле о банкротстве российской организации.

В то же время нахождение нормы в процессуальном законе само по себе не создает неопровержимой презумпции ее процессуального характера. Так, российскому праву известны случаи нахождения процессуальных норм в материальном законе (например, содержащиеся в ГК РФ положения о запрете ссылаться на свидетельские показания при несоблюдении письменной формы сделки (п. 1 ст. 162), о порядке установления судом содержания норм иностранного права (ст. 1191) и т.д.), и наоборот, нахождения материальных норм в процессуальном законе (например, положения ст. 446 ГПК РФ, устанавливающие исключение из принципа полной имущественной ответственности гражданина, предусмотренного ст. 24 ГК РФ).

Таким образом, судам при решении вопроса о применимости спорной нормы следовало исходить не из ее расположения в системе нормативно-правовых актов соответствующего государства, а из существа содержания нормы и регулируемых ей отношений.

Определение Верховного Суда РФ от 23.08.2017 № 305-ЭС16-13148(2) по делу № А41-14262/2015